skaska_skazok

«ВЕНТИЛЬ» Германа Грекова
режиссёр Виктор Алфёров, театр «Практика»

Говорят, хорошая пьеса: есть что играть и т.п. А мне как раз пьеса-то и не понравилась. Прямолинейная, тенденциозная, только что тенденция – новая, с пылу с жару, «на злобу дня». И злобная, кстати, да. Когда действующие лица – лишь рупоры авторских идей, это уже слабая драматургия. А тут вместо идей – эмоции, накипевшее у автора возмущение, агрессия всех против всех: отцов против детей, детей против отцов, женщин против мужчин, мужчин против женщин и т.д..



По пьесе персонажи страдают, что они, каждый из них – функция, а не человек. И в какой-то момент каждый пытается выпрыгнуть из своего функционала, доказать себе и окружающим, что он личность. Совершить поступок – они называют это «свой жест». Вот в такой-то момент и разражаются их гневные, обличительные монологи, обращаемые режиссёром прямо в зал. Бандит (Амаду Мамадаков), чья «функция» – открывать вентиль под звук гимна, обвиняет главного героя, пацана (Ричард Бондарев), сидящего на Кнопке вентиле, а в его лице и своего сына – его ровесника – в том, что те ничего не умеют, ничем не интересуются, живут на всём готовом, просиживают штаны за компьютером («срут комментами в блогах») и «даже трахаться разучились». Вызванная главным героем проститутка (Юлия Волкова), согласившись было играть роль мамочки, взрывается вдруг: надоело, почему я должна вас всех жалеть, а пошёл ты... и так вашу растак – разрядила в нас всю обойму. При этом драматург не скупится на эпитеты и фразы, так что и бандит, и его окружение (Максим Артамонов и Сергей Граб – телохранители), и проститутка, и пацан, всю свою сознательную жизнь просидевший на вентиле, начинают вдруг изъясняться как дипломированные филологи, выпрыгивая за пределы не только своего функционала, но и элементарной логики и стилистического правдоподобия.

В этих криках души столько напора, что боже сохрани стать у них на пути. Между тем, не хочется идти на поводу у такой постановки вопроса: вы все должны… Мы-то, конечно, должны, но вы сами-то, ребята, зачем здесь? Единственный персонаж, который обходится без нотаций и целиком умещается в своей истории, – как звать, не знаю деловой человек Антона Кукушкина: актёрский шедевр. Играют, правда, все неплохо – смешно, но смех выходит какой-то кислый. Персонажи страдают, что они функция, но и автор не лучше, если ждёт, что мир к его приходу должен был подготовиться. А претензии по поводу того, что этого не произошло, три копейки стоят. Гнев, обрушивающийся на зрителя, замешан на злобном бессилии и инфантильности, которые не в силах изменить мир к лучшему.

Потенциал и оправдание этого текста в том, что его произносят люмпены (если сегодня возможно это слово), которые не понимают, что их претензии обращены (или должны быть) обращены в первую очередь к ним самим. Когда эмоция актёра персонажа не перехлёстывает через край, мы видим человека, задавшегося наконец нужным вопросом и находящегося в шаге от разгадки, которая перевернёт его сознание; и тогда это интересно и смешно. А в те моменты, когда актёры рьяно присоединяются к потоку ругательств, извергаемому их непутёвыми персонажами, это тоже смешно, но уже по другой причине. В этом смысле жанр «чёрной комедии» выдержан не до конца, а игра всерьёз наводит на грустные размышления. Нужно либо повзрослеть, либо стать добрее, а лучше и то, и другое; тогда, может быть, поймёшь, почему сегодня женщины себя уничтожают, мужчины молят о пощаде, а дети гниют за компьютером. Обвинять с пеной у рта – чего проще, да только ни к чему не ведёт. И в этом причина того, что, несмотря на однозначный хэппи-энд, в сущности, это глубоко депрессивный спектакль: кто не верит, сходите ещё раз.